http://sevastopol.dwg-rf.ru/ резервное копирование проекта.

Похоже что самоубийство милиционера в Северодонецке было не самоубийством

25 сентября в одном из дачных поселков было обнаружено тело сотрудника милиции с огнестрельным ранением головы, и что официальная версия случившегося – самоубийство.

Некоторые СМИ писали о том, что причиной самоубийства стали постоянные оскорбления покойного со стороны начальника ГОВД. Однако уголовное дело было возбуждено по ст. 115 УК – умышленное убийство.

Есть информация, что смерть милиционера действительно могла быть насильственной. Вдова погибшего высказала сомнение, что он ушел из жизни добровольно. И она уверена в том, что смерть ее супруга была связана со службой. Но при этом, непонятно, почему вместе с сотрудниками милиции, на место происшествия приехал сам начальник Северодонецкого горотдела Ю.Пасечник, который в течение часа не впускал оперативную группу в помещение, где произошло самоубийство, хотя сам в это время находился там один.

Лысенко Вадим Николаевич, 26.03.1976 г.р., служил в северодонецком ГОВД в должности старшины в звании прапорщика, по служебным обязанностям отвечал за хранение вещественных доказательств.

24 сентября он находился на службе и по причинам, неизвестным семье, неожиданно взял отгул на полдня с обеда. Или не брал отгул, но в 12.47 часов он созванивался с супругой и сообщил, что до вечера будет на даче. По словам Людмилы Лысенко супруг никогда не посвящал ее в дела службы, и никаких деталей она не знает.

В 13.42 часов от Вадима на телефон сына было отправлено sms-сообщение со словами: «Не бросай маму…».

Что случилось в Северодонецком ГОВД с 10 до 12 часов 24 сентября, что стало причиной трагедии?

Sms-ку дома прочитали поздно, а телефон Вадима уже не отвечал. Рано утром несовершеннолетний сын с бабушкой (тещей Вадима) по просьбе жены поехали на дачу на такси.

Тело первыми обнаружила теща, на ее крик в дом входил водитель такси, который пробовал пульс. А вот в сообщениях милиции ни женщина, ни водитель такси не упоминаются. Почему?

Выстрел был сделан не из табельного пистолета ПМ Лысенко, а (по официальной версии) из пистолета ТТ, который нашли в руке погибшего. Пистолет якобы был взят из вещественных доказательств. В соответствии с пунктом 17 приказа от 27.08.2010 г. вещдок — оружие должно храниться в Государственном научно-исследовательском экспертно-криминалистическом центре. Тогда откуда у Вадима Лысенко ТТ, да еще заряженный?

В момент выстрела Вадим сидел на диване, и пуля вошла в правый висок. Однако нашли ее не в стене, где она должна была быть при таком выстреле, а в мешке с вещами, стоявшем на диване. Мозговое вещество находилось на плече покойного. Он что, стрелялся, наклонив голову к плечу, сверху вниз?

Во дворе работники милиции нашли потухший костер, а в нем — два сгоревших мобильных телефона: один рабочий, один личный. Их потом извлекли и забрали эксперты.

К тому же и хоронили Вадима Лысенко скорее как сотрудника милиции, погибшего при исполнении: на главной аллее городского кладбища, полностью за счет ГОВД, с почестями.

Вадим был безотказным человеком, он никому не сказал ни одного плохого слова, ни одному не отказал в помощи. Просто или стал не нужным, или что-то дошло до Вадима настолько «неофициальное», что некто решился на убийство. Сам Вадим никогда бы не оставил жену и детей, он очень хотел дочку, и был безумно счастлив каждый раз, когда говорил о ней. Цитируем письмо нашего информатора: «Сейчас в Северодонецке все боятся что-то говорить или писать. Если у кого реальный IP — вычислить проще простого. Да и фэйк узнать — не займет много времени. Люди просто боятся. И я боюсь».

Понес ли кто-либо за это наказание и кто ответит за это преступление?

Согласно официальной версии, нашедшей свое отражение в приказе № 2075, было установлено, что указанный пистолет марки ТТ, магазин и пули к нему проходили по уголовному делу в 2008 году. В 2009 году для проведения экспертных исследований он сначала был изъят, а затем снова возвращен назад на хранение в Северодонецкий ГОВД, однако при возврате пистолета была нарушена процедура передачи его на хранение, согласно внутреннего приказа по МВД Украины.

И вот, как следует из приказа 2075, факт того, что пистолет не находился в месте хранения, хотя должен был после решения суда в 2010 году быть уничтожен, якобы был присвоен В.Лысенком, что в последствии было выявлено только после совершения самоубийства, т.е. через 4 года после возврата на хранение.

Так как же это руководил горотделом милиции полковник Ю.Пасечник, если такой длительный период (минимум 5 лет) в хранении оружия были обнаружены грубейшие нарушения, что могло привести к не одной смерти, и, привело в конкретном случае, с использованием вещественного доказательства — пистолета.

Как же проводились и должны были проводиться инвентаризации вещественных доказательств, их уничтожение или возврат государству имущества, которые должны контролироваться непосредственно начальником горотдела милиции. Ведь в качестве вещественных доказательств могут быть и наркотики, и драгметаллы, и прочее имущество, которое стоит определенных денег и, притом бесплатно.

А может быть выгодна была такая позиция, ведь таким образом неизвестно, куда еще могло использоваться оружие и кем, теперь уже доказать станет невозможно, но при этом во всем теперь можно обвинять бывшего работника милиции, совершившего самострел, который больше похож на убийство.

Какие же наказания понесли руководители Северодонецкого горотдела милиции?

За «нарушение дисциплины» уволена из органов внутренних дел И.Кирееву – начальник отделения расследований преступлений по линии уголовного розыска следственного отдела, которая, исполняя должность первого заместителя начальника следственного отдела, не предоставила информацию о реальном состоянии дел с хранением вещественных доказательств, что привело к смертельному исходу.

Начальника милиции Ю.Пасечника предупредили об очередном неполном служебном соответствии «за недостатки в организации индивидуально-воспитательной работы и профилактических мероприятий , направленных на предупреждение суицида, за отсутствие контроля распорядка дня среди личного состава, за плохое руководство структурными подразделениями горотдела». И это уже не первое служебное несоответствие, которое получил начальник Северодонецкой милиции.

Так же часть руководящего состава, отвечающего за политико-воспитательную работу, проведение инвентаризации, неэффективный контроль и прочее, получили от выговоров до неполного служебного соответствия.

Заслуженные ли наказания понесли руководители правоохранительных органов или нет, покажет время. Но то, что это, как его называют — «самоубийство», действительно было таковым, может быть и уйдет навсегда в небытие, вместе со смертью «крайнего».

Но вопросы, которые пока остаются без ответов, появляются постоянно

И одним из них есть то, что стала известна еще одна деталь, на которую следовало бы обратить внимание. И это то, что в недалеком прошлом, В.Лысенко делал ремонт в рабочее время в кабинете прокурора Северодонецкой прокуратуры Елисеевой, в обязанности которой входило прокурорский надзор за действиями самой милиции Северодонецка. И во время ремонта В.Лысенко подвергался постоянным оскорблениям, как со стороны Елисеевой, так и со стороны Ю.Пасечника, которому она, к тому же, является женой по жизни.

Повлияло ли это на лишение жизни В.Лысенко, неизвестно, но такой факт имел место.

Николай Краснов с использованием материалов А.Светикова